Моментальный-Следопыт (papilkin) wrote,
Моментальный-Следопыт
papilkin

Как барину в голову взбредет

Оригинал взят у sudidet в Как барину в голову взбредет
Свидетели рассказывают подробности того, как проходила реконструкция самарской набережной

Начало №1 от 10 января 2014 года

В районном суде рассматривается дело о взятке. Потерпевший – Валерий О., директор некого ООО, выигравший тендер на строительство пандусов на набережной Волги. Нити ведут в Департамент строительства и архитектуры Самары. Имена и фамилии участников изменены.



Два лагеря
Подсудимые снова занимают первую скамью. Слева – главный фигурант Роман Г., солидный мужчина в темном пиджаке, с довольно жестким лицом. Справа - второй обвиняемый Кирилл И., молодой парень в белом свитере.

Защитники устраиваются за одним столиком. Первый кажется классическим воплощением адвоката: в годах, но еще не старик, с благородной сединой, элегантно одетый. В его поведении определенно присутствуют «манеры». Голос звучит бархатисто, вкрадчиво. Это – защитник Романа. Второй адвокат с виду совершенно обыкновенный: средних лет, в меру упитанный, в незатейливом свитере. Но внешность обманчива, как мне предстоит убедиться.

С краю третьей скамьи присаживается низенький плотный мужчина в очках с широкими черными дужками. Это и есть потерпевший, которого «подвергли приходу». На вторую скамью садится новый свидетель – мужчина средних лет в куртке с меховым капюшоном. Лицо насупленное. В прошлый раз суд слушал показания Олега Родионова, свидетеля защиты. Этот же – свидетель обвинения.
Атмосфера в зале уже далеко не такая единодушная. Явственно ощущается разделение на два лагеря. На два войска, готовых всерьез сойтись в битве. Слабых противников здесь нет.

Претензии без конкретики
Заседание открывается допросом свидетеля. Мужчина в куртке встает, представляется: Петр Бровенко, 1963 г., образование высшее, главный инженер. «Потерпевший вам знаком?» - «Да, ваша честь. Это мой бывший директор». – «Роман Г. и Кирилл И. вам знакомы?» - «Да (в этом кратком ответе явная неприязнь)». – «Где вы работали с мая по конец 2012 г.?» - «В ООО (название). Прорабом». – «Чем занималась фирма?» - «Строила пандусы на набережной. Четыре штуки».

Вступает прокурор: «Что вам известно о подсудимых?» - «Они работали в департаменте строительства. Приходили к нам для проверки. Ну, конечно, удостоверения не предъявляли. Смотрели бетонные работы. Если какие замечания – вписывали в журнал. В основном по неправильному складированию материалов. Чисто по делу». – «Еще замечания были?» - «Естественно (с усмешкой). Потом. Мы должны были сдать объект в сентябре, но строили до конца года». – «То есть с нарушениями срока. Со стороны департамента были претензии?» - «Летом не было. Складирование – это ничего страшного. Претензии начались уже по истечении срока контракта. Ну, какие претензии? Общие фразы. То не так, это не так». – «А неполадки устранялись?» - «Можете поднять журнал работ. Последняя запись – где-то в октябре». – «Каким образом вам перечислялись деньги?» - «Если честно, не знаю». – «Ну, зарплату-то вы получали?» - «Один раз за один месяц». – «У Валерия спрашивали, в связи с чем задержка?» - «Он говорил, что деньги не перечисляются». – «А не пояснял, почему?» - «Был какой-то разговор, что не все приняли». – «А почему?» - «Мне тоже не понятно. Претензии без конкретики. К примеру, я сейчас вам скажу: «Потолок плохой». И не поясню, чем плохой, что исправить. Примерно так и было».

Простой ответ
Пока свидетель отдан во власть прокурора, адвокаты готовятся к своей партии, перекладывают бумаги, о чем-то шепчутся. Потерпевший Валерий слушает внешне безучастно, а Петр Бровенко сыплет техническими терминами. Я же думаю о другом: «Интересно, Валерий такой бледный - потому что волнуется, или это по контрасту с толстыми черными дужками очков?»
«Как часто приходили на объект Роман Г. и Кирилл И.?» - «Ну, раза два в неделю. Иногда каждый день. Чаще Кирилл. Он был куратором. Проверял качество работы, смотрел арматуру». – «Давал консультации?» - «Мне не надо консультаций (слегка высокомерно)». – «Со стороны Кирилла были придирки, неправомочные действия? Валерий говорил вам, что на него оказывается давление?» Бровенко в некотором замешательстве: «Сложный вопрос...»

Подключается судья: «Разобьем его на несколько легких. Вы лично видели неправомочные действия?» - «Действия – нет». – «Владимир рассказывал что-нибудь?» - «Ну, смотря о чем». Судья откидывается на спинку кресла: «Прокурор, поставьте вопрос корректно». Прокурор, молодая женщина, формулирует с некоторым усилием: «Вам было известно от кого-либо... например, от рабочих... что действия Романа Г. и Кирилла И. выходили за рамки их компетенции или были необоснованны?» Бровенко: «Даже не знаю, как ответить». Судья: «Здесь ответ простой – либо да, либо нет». Бровенко отвечает с нажимом: «Да».

«Его трудно понять»
Прокурор: «Что вам известно о фактах вымогательства денежных средств у Валерия?» - «Все известно с его слов. Говорил, что вымогают деньги, чтобы закрыть акты». – «В чем именно заключалось вымогательство?» - «Ну, конкретные суммы не назывались. Так, намеками». – «Валерий намеревался платить?» - «Честно говоря, его трудно понять».

Весьма неожиданный ответ для свидетеля обвинения. Но очень соответствующий образу «странного потерпевшего», как я окрестила про себя маленького лысого человечка в очках с черным дужками.

Валерий встает: «Ваша честь, можно задать вопрос свидетелю? Скажите, Петр, когда на втором пандусе клалась плитка, подходили ли к вам кураторы с разговором о переходе в другую фирму?» Бровенко уверенно кивает: «Да, такой разговор был. Под другую фирму, мол, сдадим. Деньги получите – не волнуйтесь. А то в народе сомнения были. Плиточники жаловались». Валерий: «Что конкретно моим рабочим не нравилось?» - «Просто говорили: «Нам деньги-то заплатят?» Мол, кураторы им дали понять: Валерий денег не получит».

Хитрый адвокат
Настает очередь адвокатов. Заговаривает первый, в сером костюме. «Петр Анатольевич, - произносит он своим бархатным голосом, - кто еще работал так же, как вы, по трудовому договору?»

Бровенко, неглупый человек, сразу напрягается и в каждом вопросе начинает видеть подвох: «Все рабочие. Заключалось бригадное соглашение». – «У бригады руководитель был?» - «Бригадир». – «Вот это я и хочу понять. Вы командовали общим процессом?» - «Да». – «С договорами не сталкивались?» - «Нет, это все директор. Валерий то есть. Я имел дело с исполнительными документами: графиками, заявками на материалы». – «Уважаемый Петр Анатольевич, хотелось бы узнать, с какими трудностями вы сталкивались в своей работе. Объективные, субъективные...»

Бровенко усмехается. Ясно, что елейный тон адвоката нисколько его не обманул. «Трудности, конечно, были. Самая главная – несогласованность действий департамента с теми, в чьем ведении набережная. Это и повлекло отсрочку выполнения работ».

Адвокат просит «подробнее». Ему спешить некуда. Процесс явно грозит быть затяжным.

«На первом пандусе не разрешен был заезд, - объясняет Бровенко. – Там большой уклон. Ни один грузовик не пройдет. Надо снизу. А там – брусчатка. По брусчатке, говорят, на набережной ездить нельзя.» - «И на всех пандусах так?» - «В принципе, да. Второй пандус строили в стесненных условиях». – «По качеству работ были претензии?»

Бровенко все больше «ощетинивается»: «Вы извините, я человек конкретный. Когда мне говорят: «У тебя плохая плитка», я хочу знать – где, в чем». – «Дефектные ведомости оформлялись?» - «Нет. Было одно письмо. С общими фразами. Такое чувство, что трудился на частном объекте – как барину в голову взбредет. Должна же быть ссылка – какая норма нарушена».

Адвокат: «Вам известно, сколько было актов?» - «Я в финансовой деятельности не участвовал. На этих актах прораб не расписывается». – «Ну, а в процессе работы претензии исправляли?» - «Конечно». – «Значит, претензии были обоснованы?» - «Ну...» Адвокат торжествует: «Я из ваших слов исхожу! Итак, на сегодняшний день вы не знаете, какие акты подписаны?» - «Нет, мне ничего не известно», - угрюмо отвечает Бровенко, явно досадуя, что его подловили на обоснованности претензий. Адвокат: «Если не секрет, сколько вы заработали?» - «Тридцать тысяч. За один месяц. Валерий обещал, что будет арбитражный суд и после все выплатят».

Тон адвоката становится совсем задушевным: «То есть вы не знаете, что Валерий получил два миллиона?» - «Что-то слышал...» По интонации Бровенко ясно: своего бывшего начальника он агнцем вовсе не считает. Но двое на скамье подсудимых раздражают его еще больше. А вместе с ними – адвокат с его театральными манерами.

«Итак, претензии предъявлялись, недостатки устранялись. Что конкретно говорил Валерий о ситуации вокруг контракта? Что вы слышали от рабочих о нездоровой атмосфере?» Последний вопрос явно содержит в себе ответ, угодный защите. Бровенко: «На моей памяти – два эпизода с выездной комиссией. Вообще Валерий сам ездил в департамент».

Адвокат демонстративно поворачивается к прокурору и судье: «Ну, и какой вывод мы можем из этого сделать?» Судья на эти эффекты реагирует прохладно: «У всех свои выводы. Свидетель, скажите, какой ваш».

Бровенко уже на взводе и отвечает, не сдерживаясь: «Мой? Валерия выживали! Другого вывода быть не может».

Продолжение следует...
Tags: Дмитрий Азаров, Самара, дело о взятке, коррупция, мэрия
Subscribe
promo papilkin 13:15, monday 5
Buy for 10 tokens
Начало истории (часть первая, вторая, третья). Когда нет эпидемии, на оптовых складах маски продаются по цене от 2,5 до 3,5 рублей. Именно оптовики в случае ажиотажного спроса поднимают отпускную цену. Еще недавно упаковка из пяти штук стоила 35 рублей (7 рублей за штуку). Lenta.ru, "Маски…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments