Моментальный-Следопыт (papilkin) wrote,
Моментальный-Следопыт
papilkin

Categories:

Проверка в "Семашко": своими глазами

Оригинал взят у mayakovskaya_k в Проверка в "Семашко": своими глазами
Хотелось бы, конечно, сделать небольшое предисловие. Если вы читали мои предыдущие посты, наверняка обратили внимание на то, что в журналистике я относительно недавно. Это я говорю на тот случай, если кто-то будет искать подвох в моих действиях. Да, меня действительно зацепила проблема бесчеловечного отношения к сиротам в больнице №2. У меня нет цели пропиариться через освещение этого материала, я не пытаюсь обратить на себя внимание широких масс. Мне действительно небезразлично.

Так сложилось, что некоторые вещи невозможно описать в публикации. Формат не позволяет, да и, потом, читателям нужна объективная информация по теме, а не эмоции автора. Так вот: в этом посте я буду говорить о своем видении ситуации. Об эмоциях.

Когда готовишь материал для публикации в газете, обычно не знаешь, насколько он будет успешен. Можно строить догадки, прогнозировать, но наверняка не скажет никто. Мы с Виталием Папилкиным начинала писать материал "Дети второго сорта", и у нас была только жалоба Елены Корневой. Как говорится, масштаб бедствия выяснился в ходе расследования.


Изначально, как положено, я заняла нейтральную позицию (хоть и ужаснулась, прочитав текст Корневой в Росздравнадзор). Поехала в "инфекционку" с целью поговорить с Тамарой Жиляковой, которая заведует отделением. Разговор не клеился, но не потому, что мне сухо отвечали, как это обычно бывает. На меня просто кричали три взрослых женщины. От их воплей о том, что Корнева сумасшедшая и заняться ей нечем, а мы хотим написать о них клевету, я как-то опешила. Журналист априори должен быть смелым, циничным. Мне этого откровенно не хватает. Может быть, из-за этого я сидела сжавшись и терпела. Каким-то чудом иногда мне удавалось успокоить женщин в белых халатах, но любая попытка задать хоть один вопрос возвращала нашу беседу к начальной точке. Бла-бла-бла. В три голоса. Я кивнула, развернулась и поехала в дом ребенка "Солнышко".

Главврач "Солнышка" меня порадовала. Правда. После тех исступленных гражданочек Татьяна Кудинова казалась мне самым близким человеком в мире (ну, конечно, после главреда). Беседовала она со мной предельно вежливо, по-доброму. Правда, я напряглась, когда она сказала: мол, вы не обижайтесь на Тамару (зав. отделением инфекционки в Семашко - прим. авт.), она просто устала от постоянных допросов, а вообще она хорошая женщина.

Встреча с Еленой Корневой окончательно убедила меня в том, что в больнице №2 творится настоящий ад.

На следующий день я ездила уже непосредственно к главврачу. Я доходчиво объяснила ему свою позицию: мы не хотим делать из этого большую драму, просто дайте нам возможность пообщаться с медсестрами, которых обвиняют в жестоком обращении с детьми. Я, как обычно, старалась быть предельно вежливой и доброжелательной. В ответ Максим Карпухин пообещал затаскать меня вместе с моим руководством по судам, если мы напишем клевету. Заявил, что будет защищать своих работников. "Ну, хорошо. Спасение утопающих - дело рук самих утопающих" - решила я. А главврач уже начинал потихоньку тонуть. Тогда я была практически уверена в том, что этот инцидент - далеко не единственный.

Кстати, чуть позже всплыл один интересный факт: зам. Карпухина - его собственная мать. Конечно, никто не спорит, что это законно, но что-то как-то все сомнительно (семейный бизнес?)

(Забавный момент. Вы наверняка не видели меня в жизни, так что скажу: выгляжу я лет на пятнадцать, а глаза у меня грустные-грустные. Еще и цвет лица нездоровый. Это часто усыпляет бдительность собеседника:) )

Материал вышел. И те-кто-надо обратили на него внимание. Поверьте на слово. Но на этом не хотелось заканчивать. У нас оставались подозрения, что дело могут просто забросить от ленивости или какой-нибудь тетушки главврача в прокуратуре по каким-то другим причинам. Мы связались с пресс-службой Павла Астахова. До сих пор я поражена оперативностью работы этого человека. Нам очень повезло: его советник как раз находился в Самарской области с проверками. Сам Уполномоченный при Президенте РФ по правам ребенка направил Максима Ладзина с проверкой в Семашко, а он, в свою очередь, предложил нам присоединиться. Уже через час после звонка я встретилась с Ладзиным.

Честно говоря, Максим Николаевич мне понравился. Как человек понравился, понимаете? Он спокойно выслушивал сладкие речи руководства больницы о добрых делах главврача, иногда задавал вопросы и делал записи в ежедневнике. Уже тогда я понимала, что у него есть свое мнение. Объективное и честное. Правда, все было не слишком сложно. В "Семашко" не испугались моего предыдущего визита, так что Карпухин, видимо, не был готов к тому, что уже на следующий день я приеду не одна. У входа в здание детского инфекционного отделения висела пластиковая "пятилитровка", служившая пепельницей медсестрам, а возле тележки с едой стояли огнетушители, заросшие пылью. В коридоре - кровати с матрацами и подушками, которые, судя по убогому виду, помнят еще дедушку Ленина, а то и Николая II. Те люди, которые еще вчера хамили мне, сидя в своих кабинетах, только косо, со злобой смотрели в мою сторону. Они не учились на актерском. У них не получалось ничего скрыть. Разок зав.отделением в полголоса кого-то предупредила: мол, не говорите ничего лишнего, им лишь бы "жареного" написать. С желчью в голосе и ненавистью во взгляде.

Потом мы переговорили с Максимом Николаевичем. Я не могу вам рассказать, о чем. Ладзин в силу своих полномочий не дает комментариев. Тут вам придется просто поверить мне на слово: этот человек убедил меня в том, что Астахов действительно заинтересовался бедой самарцев, и теперь можно быть уверенным, что справедливость восторжествует.

С Папилкиным мы тоже обсуждали материалы, написанные нами. Жалко ли мне главврача? Ни капли. Он заслужил. Хотя бы за то, что как руководитель допускает в своем учреждении нарушения прав ребенка. А если копнуть чуть-чуть глубже, найдется такое, что эта история покажется не такой уж и страшной, ведь все познается в сравнении.11
22
Tags: Самарские известия, скандал
Subscribe
promo papilkin 13:15, monday 5
Buy for 10 tokens
Начало истории (часть первая, вторая, третья). Когда нет эпидемии, на оптовых складах маски продаются по цене от 2,5 до 3,5 рублей. Именно оптовики в случае ажиотажного спроса поднимают отпускную цену. Еще недавно упаковка из пяти штук стоила 35 рублей (7 рублей за штуку). Lenta.ru, "Маски…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments