Вы имеете право хранить молчание

Оригинал взят у r_arsenin в Вы имеете право хранить молчание

Мать, которая родила и воспитала десять детей, вот уже тридцать лет вынуждена жить с ними в коммуналке. Чиновники и социальные службы долгие годы делают вид, что многодетной семьи Каневых не существует

0677

Про детей из семьи Канаевых судачили с тех времен, когда они ходили в школу. «Сопьются или сколятся», - шептали за спиной. Никто не верил, что они вырастут нормальными людьми, потому что их было много, а средств к существованию мало. Десять человек - восемь братьев и две сестры. Почти все погодки, вынужденные жить в небольшой коммуналке без соцобеспечения. Но они выстояли. И стали порядочными людьми. Сегодня ребята честно зарабатывают себе на жизнь, имеют свои семьи, не пьют, и уж тем более — не колются. Этим они обязаны своей матери Анне Викторовне, которая родила их и в одиночку воспитала. Как ей это удалось, сегодня не знает и она сама. Вот только, кроме родных детей, поблагодарить мать-героиню оказалось некому. Государство ей не помогло. Анна Канаева до сих пор живет в той самой коммуналке с четырьмя младшими сыновьями и мечтает, чтобы хотя бы на старости лет власти обратили внимание на их семью. Дали ей дожить свой век, чтобы это хоть немного походило на справедливое отношение.

В тесноте и забвении

«В 1983 году мама встала на очередь за жильем, - рассказывает один из детей Канаевых Вячеслав. - На тот момент мы жили в коммунальной квартире и занимали две комнаты из трех. Третья комната много лет была закрыта, хотя никому, кроме нас, она была не нужна. Можете себе представить, как нам жилось в тех условиях. Кровати чуть ли не друг на дружке, каждое утро — длинная очередь в ванную и туалет, и постоянно пустой холодильник. Помню, придешь домой — хорошо, если там есть масло. Намажешь его на хлеб, посыплешь сахаром, съешь с чаем – вот и весь обед. Даже колбасы у нас в доме не водилось. О каких-нибудь кроссовках или модной одежде мы даже не мечтали».

Ребята зарабатывали себе на еду, как могли. Кто-то из братьев возил на продажу мороженое, другие трудились на лесопилке, третьи — на автомойке. Помочь им, кроме родной матери, было некому. Их отец спился и ушел из семьи в начале восьмидесятых, а социальные службы почему-то делали вид, что Канаевых вовсе не существует. К ним никто не заглядывал, не интересовался, как они живут, не давал им пособий. Отписки, которые постоянно получала Анна Викторовна из различных инстанций, копились годами. Со временем она махнула на них рукой.

«Я как-то спросил ее: мам, почему ты прекратила ходить и выбивать нам жилье? - вспоминает Вячеслав. - А она просто ответила: «Сынок, этим нужно было заниматься постоянно. И кто бы тогда вас растил, кормил и одевал?». Оставалось просто безропотно ждать, когда подойдет наша очередь на квартиру».

0715

Не было бы счастья...

В 1998 Канаевы узнали, что на очереди за жильем они стали третьими. В семье был настоящий праздник. Совсем скоро мы, наконец-то, заживем как все нормальные люди, - думали они.

Поворот в их жизни наступил в начале нулевых. Однако этот поворот оказался не в лучшую сторону. Списки стоящих на очереди за жильем объединили. Ветераны ВОВ, жильцы аварийных помещений, многодетные семьи — все оказались в одном перечне. Канаевым в нем досталась строчка далеко за цифрой 500. Все пришлось начинать заново.

Тогда же, в 2000-м умер их отец. Как бы плохо это ни звучало, но семье стало проще — им начали платить пособие «в связи с потерей кормильца». Конечно, никаким кормильцем он уже пятнадцать лет не был и стал им уже после своей смерти. В холодильнике Канаевых появилась еда. Можно было как-то жить дальше. Жить и искать выход.

Вялотекущая шизофрения

С тех пор основную роль взял на себя Вячеслав:

«Я сам стал писать запросы в различные учреждения. Доходил до администрации Президента. Правда, все они возвращались в городские службы. Через несколько лет мне стали приходить ответы от департамента управления имуществом. Они были однообразными, но в каждом из них была пометка: «если член вашей семьи страдает тяжелой формой хронического заболевания, и проживание с ним невозможно, вы имеете право на внеочередное предоставления жилья». К тому моменту таким заболеванием уже страдал мой брат Дима. Примерно в 2002-м у него началась глубокая депрессия. Дошло до того, что его положили в психиатрическую, где подтвердили диагноз. Получив очередной ответ от департамента, я направился с ним в психдиспансер. «Его заболевание входит в перечень, о котором говориться в этом ответе?». Говорят, входит. «Можете мне дать документ, который это подтвердит?». Да, говорят, приходите завтра. И что же? На следующий день, когда я прихожу, мне объявляют: «Мы сняли его с учета». Без всяких объяснений. У меня был шок».

У Канаевых вновь опустились руки. Вячеслав около года не занимался общей жилищной проблемой. К тому моменту у него уже была жена и маленький ребенок. Да и младших братьев нужно было ставить на ноги. Только потом он узнал: с таким заболеванием, как у Димы, никто не имеет права снимать его с учета. Более того, никто его и не снимал. Семья уже хотела «воскресить» этот вопрос, но их постиг новый удар.

Снова в круге первом

«В 2011-м государство свернуло программу по раздаче жилья многодетным семьям и стало выдавать им землю, - говорит Вячеслав. - Проблема была в том, что мы уже выросли, и под новую программу тоже не попали. «Выросли – и слава богу»! – говорили мне в различных органах, куда я ходил по этому вопросу. Это все, что они могли мне сказать».

Так уж получается, что люди мыслят одними категориями, а государство другими. Не известно, сколько еще программ будет создано «на благо народа», и сколько из них канет в лету, оставив «за бортом» нуждающихся. Семья Канаевых больше не могла да и не хотела идти на очередной круг. Они поняли, что надеяться могут только на самих себя.

К этому времени в той самой третей комнате появилась хозяйка — тоже мать-одиночка с малолетним сыном. Пожив там несколько лет, она переехала. И теперь собирается продавать комнату. Канаевы, как могут, стараются наскрести денег на покупку, но это будет непросто.

По мере того, как росли дети, рос и долг за квартиру, в которой они проживали. В силу своего возраста они долгое время не могли зарабатывать достаточно, чтобы покрывать все претензии коммунальщиков, а их мама тратила большую часть средств на них самих. Несколько лет назад управляющие компании стали говорить им открытым текстом: «Нам плевать, что у вас там за семья. Платите, иначе отрубим электричество или поставим заглушку на унитаз». Сегодня сыновья и дочери постепенно гасят эти долги. Только мечты о третей комнате удаляются все дальше и дальше. Больше всего Канаевы опасаются, что к ним подселят какого-нибудь пьянчужку, и тогда их жизнь станет совсем невыносимой.

Все для других

0732
Вместе с Вячеславом я подъезжаю к дому, где прошло все его детство, и где до сих пор живут его мама и четыре брата. 15 микрорайон, пересечение ул. Стара-Загоры и Алма-Атинской. Во дворе мне открывается чудесная детская площадка. Таких в Самаре нужно поискать. Откуда она здесь?

«Моя мать - очень ответственный человек и по натуре организатор, - объясняет мой собеседник. - Когда несколько лет назад в городе начали ставить детские площадки, она выступила инициатором строительства вот этого чуда в нашем дворе. Лично ходила по квартирам и собирала подписи. И добилась своего. Жаль, что с квартирами в нашей стране все гораздо сложнее».

Дома у Канаевых идеальная чистота и порядок. Разве что кровати в комнатах занимают слишком много места. Третья комната, как и говорили, закрыта. Хозяйка встречает нас у порога. На мое удивление она выглядит превосходно. Одета по-домашнему, но очень опрятно. На одном из братьев — Михаиле - белоснежные носки. Он ходит в них по полу, а им хоть бы хны — пол тоже сверкает. Мы проходим в зал. Детские фотографии занимают большую часть стены. А напротив висит рамка с десятью свидетельствами о рождении.

Право на смерть

«Когда ушел муж, я устроилась на работу в сауну рядом с домом, - вспоминает Анна Викторовна, - Там я узнала, что такое бордель и гадючник. Но зато это было близко — если что, я всегда буду рядом. Сутки отработаю, приду домой, часа два посплю. Раньше всех встану, чтобы приготовить поесть. Провожу детей в школу, начну убираться, опять готовить, стирать. И так часов до двух ночи, отчего сейчас на спине грыжа. Перед рассветом вновь встаю и иду на работу. Было очень трудно».

Анна Канаева утверждает, что ее никогда не причисляли к многодетным матерям. Трудно поверить, но это очень похоже на правду. Высокие чиновники ограничивались открытками на День матери и 8 марта.

Четырнадцать лет назад у Анны Викторовны умер спившийся муж. А через два года к ней пришли из отдела семьи с вопросом: «Почему вы не сказали, что у вас умер муж»? Где они были раньше, не понятно, только с тех больше не появлялись. Пришли как-то работницы жилотдела: «А у вас довольно чисто! Некоторые вообще живут в подвальном помещении с крысами и тараканами». У Канаевых было чисто всегда, даже в самые голодные годы. Глава семейства ответила: «А если разведу тут крыс, дадите квартиру?» Те только пожали плечами: «Нет, все равно придется ждать очереди».

«Просто обидно, - не сдержала слез хозяйка. - За целую жизнь власти не дали нам ничего. Разве что путевки моим ребятам в детский лагерь, да и то раза два всего. Тридцать один год стою на очереди и получаю одни и те же ответы. По телевизору награждают очередных матерей. А я думаю, что это показуха. Вот я – живой человек. И где они все? Мне не надо их наград, я не пойду получать. Откройте мне соседнюю комнату, чтобы у меня хотя бы на старости лет был свой уголок, и я буду на седьмом небе от счастья. Больше никогда ни о чем не попрошу и всем напишу «спасибо», если при моей жизни это случится».

Вина человека по имени Анна Канаева доказана и обжалованию не подлежит. Она виновна только в одном: понадеялась не на то государство. Не на тот город. Не на тех чиновников. А другого варианта у нее не было. Разве что умереть. Но оказывается, право умереть достойно матери-героине тоже надо заслужить.

0723

Фото Юрия Стрельца

Источник: news163.ru