naprotiv

Самарские страсти Александра Солженицына

Сегодня, 11 декабря исполняется 95 лет со дня рождения выдающегося русского писателя и общественного деятеля Александра Солженицына. С нашим городом у него было связано немало воспоминаний

Валерий ИВАНОВ, "Самарские известия"

Возвратившись в 1995 году после долгих лет изгнания на родину, Александр Солженицын совершил поездку по России. Посетил он и наш город.



6 сентября 1995 года
В первый же день в Самаре после встреч с официальными лицами по просьбе Солженицына для него была устроена экскурсия по городу. Ах, как ошибаются те, кто полагает, будто с нашим городом у Александра Исаевича были связаны лишь драматические воспоминания 1950 года, когда он был доставлен сюда в качестве заключенного и находился здесь в пересыльной тюрьме.

Более двух часов продолжалась увлекательная пешеходно - автомобильная прогулка. Повезло и мне. Я получил возможность присоединиться к экскурсии и задать Солженицыну несколько вопросов.

Это было действительно удивительное путешествие в историю Самары. Рассказы о событиях, удаленных от нас на много десятилетий и не очень давних, немедленно рождали у Александра Исаевича ассоциации с современной жизнью, с политической ситуацией в России, с перспективами ее дальнейшего развития. Ни один сколько-нибудь заметный штрих истории города не ускользал от его пристального внимания и тут же аккуратно фиксировался в рабочей тетради. Быть может, не для всех точка зрения Солженицына являлась истиной в последней инстанции, однако высказывания выдающегося писателя поражали безупречной логикой, убежденностью и глубочайшим знанием жизни.

SOLZHENITSYN

Мысли о судьбе России
Вот некоторые размышления Александра Исаевича Солженицына, которые удалось записать в тот день:
«Сейчас в России грязная олигархия. В 1991-м все сразу загубили - моментально. Я в тот момент послал факс Борису Николаевичу. Бесполезный. Через несколько дней получил благодушный ответ: «Россия - великая страна, не пропадет...» Отдали все сразу, признали границы Украины, Казахстана, испугались слова империализм. Бросили двадцать пять миллионов своих братьев! Веру в президента многое подкосило. Сейчас тех, кто верит, единицы. Было очевидно, что СССР взорвется национальными страстями. Я это предсказывал еще в 1974 году.
Часто люди, даже мои ровесники, начинают рассказывать басни о том, как всех погубили в 1937 году. Неужели они забыли, как уничтожали людей в 1920-е годы? А что делали с крестьянством в 1930 году? А как боялись, что вдруг постучат в дверь ночью? Почему же говорят, что только в 1937 году погубили светлый коммунистический образ? Тем, кто не мой ровесник, говорю: друзья, вы не можете себе этого представить. На переходе от 1920-х к 1930-м годам было ощущение, что рушится все в мире, что просто не остается уже больше миросозерцания и жизни человеческой не будет никогда. Возобладали волчьи законы, человеческая природа - кончилась, разум, свет души - кончились, наступило затмение. Это страшно представить. И поверьте, что все это было нисколько не менее страшно, чем сейчас.
Времена ломают людей, страшная апатия губит общество. Характер народа зависит от эпохи, от социальных, природных условий, но всегда есть духовное движущее и у характера, и у человека, и у народа. Но вот осилит или не осилит оно обстоятельства... Кто смог справиться и осилить, а кто и нет. Были народы и цивилизации, которые исчезли»...

Лето 1939 года
«Впервые я попал в Самару в 1939 году. Это было путешествие. В то время я был студентом Московского историко-филологического института. Мы с приятелем сдали экзамены, послушали лекции и отправились в путь. С собой у нас было буквально все: мешки, кастрюли, даже сухарная мука - купить тогда что-либо было невозможно, да и денег у нас не было. Приехали в Казань и там начали торговать лодку-байдарку. Сторговали ее и стали спускаться по Волге. Спускались, спускались, ночевали то по левому берегу, то по правому, пробыли несколько дней в Симбирске, потом уехали в Самару. Самара была с хлебом. Мы покупали по целому килограмму и тут же съедали. Хотели дальше направляться, но было уже поздно - 21 августа, так что до Саратова не доехали. Стали продавать лодку, а она не продается. Это было для нас серьезное дело. В Казани лодку купили за 225 рублей, а здесь, в итоге, продали только за 175. Это потому, что чем ниже по течению, тем лодка дешевле. Как нам было жалко эти 50 рублей!
В 1939 году в Самаре хорошо было на улицах: не было автомобилей или я просто их не замечал. Какое счастье было ходить: чистый воздух, тишина. Я старую Самару помню. Знаете, с течением времени улучшений в городах не бывает. Бывает ухудшение - от автомобилей, от грязи, от новых зданий. Мы ехали сюда из Пензы на автомобиле. Ой, сколько уже настроено вокруг Самары! Страшно просто смотреть на эти промышленные районы. Волгу портили, портили, но что-то еще осталось, и я очень рад этому. Ах, как было хорошо до плотин, если б вы знали! Как только солнечную энергию захватим, нужно будет думать о ликвидации плотин».

Август 1950 года
Солженицын попросил притормозить автомобиль на Волжском проспекте неподалеку от одноэтажного строения, где в течение многих лет была столовая ГРЭС. Это место навсегда врезалось в память Александра Исаевича: оказывается, именно здесь размещалась некогда пересыльная тюрьма.

«Я хотел найти этот холм. Он сейчас застроен домами. Такого дерева могло не быть в то время. И здание было не такое. Тут был большой двор, внутри двора стояли гнилые бараки. Они не могли, конечно, сохраниться, их сломали. Помню: на холме - он был тогда голым - стоит женщина. Нас вывели на прогулку. Человек 75 - 100 гуляет, беспорядочно ходит по двору, а она стоит, приложив руку к глазам, и, наверное, пытается оттуда узнать, нет ли здесь своего, родного - мужа или отца. Я описал это в "Архипелаге Гулаге". Здесь я пробыл больше месяца. Это была вторая половина июля - начало августа 1950 года. Почему-то долго собирался этап в Казахстан. Нас отсюда никуда не выпускали, мы все время находились только во дворе. Потом нас повезли в Павлодар.
Не видеть бы вам того, что видели мы. Недавно в Омске я попросил, чтобы меня привезли в местную тюрьму: хотел найти свою камеру. Ох, страшная эта тюрьма! Но там в те дни была напряженная обстановка: ждали побега группы урок и поэтому в тюрьму не пустили. А мне нужно было походить по тюрьме, чтобы по некоторым признакам найти свою камеру. Страшная камера: подвальная, сырая, крысы, вода»...

И снова 6 сентября 1995 года
Не было, кажется, ни одного человека из встретившихся на пути Александра Исаевича во время экскурсии по городу, кто не поздоровался бы с ним, не сказал теплого слова, не пожал руку. На площади Революции к Солженицыну подошла молодая женщина, как выяснилось, педагог, и протянула букет.

- Как вас зовут? Татьяна? Так вот, Татьяна-красавица. Поставьте эти цветы у себя в школе и скажите детям: Солженицын передарил их нам, нашей школе, и они стоят в память о нем. И это будет гораздо более долгая память обо мне, чем если я возьму сейчас у вас эти цветы, а девать их мне некуда.

...Прогулка по городу закончилась. Тепло поблагодарив своих спутников, Александр Исаевич произнес:

- Я снова увидел свою Самару. Это было очень приятно, ведь прошло столько лет! Представьте, 1939-й, юность, мне двадцать один год... Еще не началась Вторая мировая война…

42-18910489

Сентябрь 2009 года
Четырнадцать лет спустя, в сентябре 2009 года, в Самару приезжала вдова писателя Наталья Дмитриевна Солженицына, которая была почетным гостем второго международного фестиваля «Мстиславу Ростроповичу». Вот что она рассказала: «Солженицын всегда оставался убежденным провинциалом, ценил местную самобытность. Он не сомневался в том, что наша страна станет процветающей, если в ней появится сорок городов - энергетических центров культуры, где молодежь сможет получать образование качеством не хуже, чем в столицах. Совершая поездку по России, Солженицын был в жутком состоянии от положения школ, библиотек. В 1997 году он написал статью «Очертания культуры», в которой отметил, что если русская культура еще не погибла, то только благодаря энтузиазму, поразительной самоотверженности россиян. Он писал, что будущее русской культуры зависит от того, сумеет ли в этих чрезвычайных обстоятельствах наш народный гений нащупать ступеньки развития: кто своим талантом, кто бескорыстной дружественной помощью талантам. От того, сумеем ли мы сберечь от разрушения, укрепить, развить нашу внутреннюю мыслительную и творческую жизнь, которая и есть культура.
С Александром Исаевичем мы никогда специально не говорили о Самаре. Но в его «Архипелаге ГУЛАГе» есть большое место с описанием пересыльных тюрем, одна из которых была в Куйбышеве. На этих страницах смешанные чувства, светлые воспоминания, потому что после тюремных камер появилось больше свободы. Он вспоминает о холме над пересыльной тюрьмой в Куйбышеве. На этот холм приходила одинокая женщина. Она стояла наверху и всматривалась вниз, как будто пыталась найти кого-то среди заключенных. Ветер трепал ее волосы, юбку и жакет. Они все на нее смотрели, как на образ женщин, которые их ждут. Эта женщина была как бы памятником всем женщинам, которые были лишены своих любимых и близких.
Я была на этом потрясающем месте. Такой памятник был бы единственным на всю Россию. Это не политика, а символ человечности. Теперь во всех образовательных школах страны будут проходить по обязательной программе «Архипелаг ГУЛАГ». Я подготовила сжатый в пять раз вариант романа, и каждый школьник, прочитав через годы страницы, связанные с куйбышевской пересыльной тюрьмой, может спросить, есть ли такой памятник. Он станет инвестицией в наших детей, а Самара окажется в центре общественного внимания. Все можно сделать скромно и достойно: на вершине холма небольшая скульптура женщины, которая смотрит вниз, где установлена стела, обозначающая место находившейся там когда-то пересыльной тюрьмы. Но женщина не должна смотреть на казино, которое кому-то хочется возвести на этом месте».
promo papilkin june 10, 05:58 1
Buy for 10 tokens
Одним словом, я решился завести подкаст. Капельку поэксперементировать. Причем, раньше, чем об этом выдала большой текст "Медуза". Выпуск №1 Выпуск №2 Выпуск №3 от 17 июня 2017 года. Выпуск №4 от 24 июня 2017 года. Выпуск №5 от 1 июля 2017 года. Про братву и хмурых строгих…